Центр коучинга и психологии Salve
Воплощая желания в жизнь
пн-пт.: 10:00-20:00 сб.: 11:00-19:00

Подросток Женька и люди вокруг

Подросток Женька и люди вокруг

Разговор о том, что же нужно родителям

Шестнадцатилетний Женька торопливо надевал куртку, когда в коридор из кухни выглянула мама.

- Женя, оденься теплее! На улице холодно, ты заболеешь, - с тревогой в голосе воскликнула она.
- Да ничего не холодно! Отстань! - раздражённо отмахнулся подросток и скорее-скорее выбежал из квартиры, хлопнув дверью. Спускаясь по лестнице подъезда, он всё ещё негодовал. Ох, уж эти родители! Того и гляди, задушат заботой!

Внизу его встретил Илья, давний друг, живший в соседнем подъезде - светловолосый парень восемнадцати лет, на плечи наброшена потёртая джинсовая куртка. Женька уважал его. Илья уже закончил школу и скоро должен был сдавать экзамены, чтобы перейти на второй курс института. Учился он на психолога.

- Ну, привет, - махнул рукой Илья, подходя. И прищурился, словно пытаясь разглядеть что-то мелкое, - Чего хмурый такой?
- Да ничего… - неохотно ответил Женька, которому становилось неловко от того, что он нагрубил матери.
- Родители. Всё заботятся, шагу ступить не дают.

Разговор о том, что же нужно родителям

- И что же? - на лице Ильи, против Женькиных ожиданий, отразилось вовсе не сочувствие, а удивление, - Они ж нас мелкими ещё на руках качали, заботились. И сейчас потому заботятся. Помнят, чего им стоило такого «мелкого» вырастить.
- Так я-то уже не мелкий! - огрызнулся Женька, которому хотелось уйти от неприятного разговора. Он в самом деле пошёл вдоль дома, пнув в сердцах какую-то банку. Стараясь, впрочем, не отставать от неспешно идущего Ильи.
- Ты-то, может, и нет, - Илья говорил добродушно. Его словно вовсе не задевало то, что Женька покраснел от гнева и затаённой вины.
- А для них - почитай, до старости таким останешься.
- И что делать? - Женька круто обернулся, забыв о банке, которую собирался, было, догнать. На лице отразились недоверие и страх.
- Так до старости и терпеть?
- Прежде всего, не грубить, - отмахнулся от последнего вопроса Илья.
- Родители всё-таки. А если очень уж хочется сказать, можешь вспомнить, сколько лет они тебя растили. Можешь сам у них и спросить. Поможет.
- А если нет? - под впечатлением от собственных слов, пошёл в оборону Женька. Даже кулаки сжал. Ещё бы и зубы стиснул, да говорить неудобно.
- Если не стану спрашивать?
- Дело твоё, - равнодушно пожал плечами Илья, вовсе не глядя на готового спорить друга, отчего Женькин гнев почему-то не разгорался, а затухал.
- Но если надумаешь, и не поможет - попробуй вслух говорить, что чувствуешь. Чувствуешь раздражение - говори «Я сейчас раздражён», можешь ещё «потому что» добавить. И сказать, почему. А чтобы привыкнуть - каждое утро, как проснёшься, так делай. Только без грубостей.
- А потом? - вопрос вырвался помимо воли. Женька всё ещё сжимал кулаки, однако гримаса злобы потихоньку сползала с лица.
- А потом «спасибо» матери скажи, - Илья вздохнул, движением плеч расправляя рукава наброшенной на плечи куртки.
- Скажи, что она права.. Можешь добавить «я прислушаюсь к твоим словам». Можешь и прислушаться. В некоторых вещах родителям можно довериться. Уж побольше нашего знают. Главное, пойми, для матери не заставить тебя что-то сделать важно. Ей важно, чтобы всё хорошо с тобой было, не заболел там или ещё чего. Да и понять сможет, что нужна тебе, - Илья посмотрел неожиданно серьёзно.
- Что так же любишь её, как она тебя.
- Разве это не понятно? - опешил Женька, круглыми глазами глядя на друга. Чего-чего, а этого он вовсе не ожидал.
- А что ты сегодня сказал, когда из квартиры выскочил? Ещё и дверью, наверное, хлопнул. - Илья посмотрел на вытянувшееся лицо Женьки и сочувственно кивнул,
- То-то и оно.

Банка брякала где-то позади. Женька чувствовал себя разбитым. Он-то думал совсем по-другому, а тут вон что… Что же делать теперь? И мама, наверное, расстроилась... Захотелось сесть на землю и сжаться в комок.

Что-то увесисто хлопнуло его по плечу.

- Не переживай. Ошибиться каждый может. А вот исправить не у всякого смелости хватит. Ты-то как, смелый? - Илья улыбнулся, убирая руку, и ушёл чуть вперёд. Рукава куртки хлопали по бокам, как крылья. Женька задумался на мгновение, а потом робко улыбнулся. Кажется, он понял, что нужно сделать.

Разговор о том, что же нужно родителям

О бабушках и дедушках

О бабушках и дедушках

По асфальтовой дорожке шуршал дождь. Воздух казался густым и липким. Женька стоял под навесом у подъездной двери, угрюмо глядя на дрожащие под ударами капель лужи.

Справа раздались шаги. Женька повернул голову - и узнал Илью, в привычно накинутой на плечи куртке, со смоченными дождём светлыми волосами. В руке покачивалась сумка для продуктов. Друг приветственно вскинул руку:

- Ты чего здесь? Не уж-то снова с матерью поругался?

Женька, с присвистом, сквозь зубы, вздохнул:

- Нет. Родители к бабушке с собой тащат. Жду вот.
- А хмурый чего? - Илья поднялся по ступенькам, встав рядом. Знакомо прищурился, заставив Женьку насторожиться, - идти не хочешь?

Женька нахохлился, как воробей:

- Не хочу. Объяснять не хочу. Как с телефонов звонить, как номера в книге телефонной искать. Надоело.

Женька успел заметить на лице Ильи тень понимания прежде, чем он нахмурил брови. Это придало ему сил, когда друг спросил:

- Неужели так сложно?
- Так ведь каждый шаг объяснять приходится, по несколько раз! А что объяснишь - не понимают, переспрашивают. И зачем тогда?

Илья в самом деле посмотрел на Женьку сочувственно. Только сочувствие это ему не понравилось.

- Ты, кажется, не понял вопрос. Для тебя это сложно?

Женька хмыкнул:

- Всё я понял, говорю же - нет. Только зачем? Всё равно не понимают.

Илья не ответил, глядя куда-то перед собой. Шум дождя заслонил собой все остальные звуки. С навеса часто капало на ступеньки. Женька едва расслышал голос друга:

- Знаешь, это интересно. Как думаешь, бабушка часто себе такой вопрос задавала?

Женька хотел было отмахнуться, но отчего-то вспомнил, как однажды, оставшись у бабушки, сильно заболел. Ему тогда было восемь или девять лет. Вспомнил, как она сидела рядом с ним, пока не уснул, вспомнил даже её грустное, морщинистое лицо и вьющиеся, поседевшие волосы. Спрашивала ли она, зачем? Всё равно ведь не выздоравливает.

О бабушках и дедушках

Он тогда выздоровел.

Женька молчал. Илья тоже. Дождь затихал, капли сыпались реже. За дверью послышались шаги; должно быть, спускались родители. Илья спустился по ступенькам. На светлую макушку упала крупная капля, заставив поёжиться:

- Решай для себя сам. Только подумай прежде. Если бы от твоего решения зависела их жизнь - ты бы тоже спросил себя «зачем»? Всё равно ведь скоро...

Женька молчал. В носу защипало. Илья, словно почувствовав, обернулся:

- Они всегда верили, что ты сможешь. И делали для этого всё. А ты веришь в них?

Сказал так и пошёл прочь. Сумка покачивалась в такт шагам, на светлых волосах играл робкий солнечный луч. Дождь кончился. Свет рассыпался по лужам; наверное, от их блеска глазам Женьки стало больно.

В тот день он вместе с родителями пошёл к бабушке.

О бабушках и дедушках

О сёстрах наших меньших

О сёстрах наших меньших

Женька сидел за компьютером, погружённый в любимую игру, когда к нему подошла его младшая сестрёнка Ира. Постояла рядом, переминаясь, и потянула брата за рукав.

- Ну, чего тебе? - Женька даже не посмотрел на сестру. Он нервничал - уровень никак не поддавался прохождению; злобные пришельцы окружали его героя со всех сторон.
- Же-ень, помоги мне с домашней работой. Я задачку не понимаю.. - видя, что брат так и не обращает на неё внимания, девочка крикнула, - Же-е-ень!
- НУ ЧТО? - весь красный от напряжения, с перекошенным лицом, Женька повернулся к сестре. На экране злорадно светились буквы GAME OVER, - Вот, видишь! Из-за тебя, малявка, проиграл! Чего надо?
- Ничего, - Ира отвернулась, чтобы брат не видел дрожащие от обиды губы, и пошла в комнату к матери. Женька откинулся в кресле и снова погрузился было в мир космических войн - однако из комнаты раздался голос матери. Тон не предвещал нерадивому брату ничего хорошего..

***

- Скажу сразу - нагрубил ты зря, - покачал головой Илья, когда на следующий день Женька рассказал ему о случившемся, - Сестра запомнит.
- А чего она лезла? Видела же, что занят, - Женьке было досадно; друг снова не проникся его проблемой. Они шли вдоль двора; на усеянном облаками небе ярко светило солнце. Илья вздохнул:
- Она ребёнок. Девочка к тому же. Потому и пошла, что ты старше.
- Шла бы сразу к родителям.. чего прицепилась? - обиженно пробурчал Женька. Илья усмехнулся, как бы между прочим напомнив:
- Ты тоже не со всеми вопросами к родителям идёшь, - и, подождав, пока лицо Женьки вытянется вместе с приходящим пониманием, добавил, - Это вопрос доверия. В следующий раз вовсе не обратится.
- Может, оно и лучше? - изобразил усмешку Женька. Илья только плечами пожал, не поддержав веселья:
- Может. Только потом не жалуйся.

Солнце скрылось за большим облаком. Потемнело; налетел ветер, пошевелив рукавами куртки. Женька поёжился:

- Что делать-то? Извиниться?
- Да, для начала, - Илья встал спиной к скрывшемуся солнцу, - Дети, пока маленькие, быстро обиды забывают. Потом и про «чем помочь» спросить можешь. Раз, другой спросишь - глядишь, снова сама подойдёт.

Женька молчал. Илья отвернулся:

- В общем, сам смотри, как тебе лучше. Только помни, ошибки - они как камни. Будешь на шею вешать - ко дну пойдёшь. Отметишь и внимателен будешь - впредь не споткнёшься.

Друг неспешно пошёл вперёд; Женька не торопился его догонять. Облако, скрывшее солнце, медленно отползало в сторону, его кромка светилась оранжевым. Снова налетевший ветер показался теплее. Женька подумал, что когда-нибудь тоже скажет сестре про ошибки. Вдруг захочет решить вместе с ним какую-нибудь задачку..

О сёстрах наших меньших

Свой среди других

Свой среди других

Пасмурным вечером Женька сидел на кухне перед кружкой чая. Над её кромкой вился пар. Мальчик вспоминал свой первый учебный день в новом классе, недавно подошедший к концу. Перед глазами всплывали незнакомые лица. Женьке казалось, что всё внимание устремлено на него, однако никто с ним не заговорил - даже сосед по парте. Женька только слушал, как общаются между собой, смеются над шутками другие подростки. Присоединиться к ним он не мог.

- Я никого там не знаю, - сказал он вслух, держа заметно остывшую кружку между ладоней.
- Так узнай. Подойти. Заговорить попробуй или поддержать разговор, - Илья, сидящий напротив, поставил свою кружку на стол, - Что мешает?
- Это и мешает, что не знаю никого. То есть, вообще никого, - Женька вздохнул. Илья какое-то время пристально смотрел на него, а затем спросил:
- Скажи, чем вы занимаетесь в школе?

Женьку вопрос удивил:

- Ну.. учимся, в основном. История там, алгебра.. Другие уроки.
- Верно, - Илья кивнул, - А теперь скажи - какой предмет даётся тебе легче других?
- Алгебра, - не задумываясь, ответил Женька. Он слегка покривил душой; темы последних занятий давались с трудом, но в предмете он всё равно разбирался. Илья усмехнулся и когда заговорил, в его голосе слышалось уважение:
- Надо же. Немногие могут этим похвастаться. Вот и способ. Предложи помощь. Спроси, чем помочь можешь. И помоги.
- И не прогонят? – Женька посмотрел на серость за окном, казалось, липнущую к стеклу. Илья усмехнулся снова:
- Прогонят. Если кричать будешь, какой ты умный, и лезть безо всякого спросу.
- Всё равно страшно, – Женька почти шептал, ожидая очередной насмешки, однако Илья только кивнул:
- А ты дыши. Знаешь, как йоги. Вдыхаешь, считаешь до трёх, выдыхаешь – снова считаешь до трёх. И так до тех пор, пока не успокоишься.
- И что, поможет? – Женька смотрел недоверчиво.
- Попробуй.

Женька попробовал. Вдох – раз, два, три. Выдох. Раз, два, три – снова вдох.

Он не сразу понял, что вообще не думает о том, что происходит у него в голове; всё внимание уходило на то, чтобы считать и задерживать дыхание. Женька посмотрел на Илью. На ум пришла неожиданная догадка:

- Я тоже для них «другой». Только их больше; им не нужно ко мне подходить. Поэтому я должен подойти первым. Верно?

Илья молча отсалютовал кружкой; значительность жеста оказалась подпорчена тем, что оставшийся чай радостно выплеснулся из кружки на свободу. Женька, невольно рассмеявшись, передал другу полотенце. Он вспомнил, что завтра ему снова предстоит оказаться в классе, полном незнакомых людей, но теперь это не казалось таким уж страшным.

- Я попробую, - сказал он, чувствуя, как тепло из пальцев, сжимающих кружку, растекается дальше. Серость за оконным стеклом поблекла, отчего дышать стало немного легче. Стать своим среди других не казалось таким уж невозможным.

Свой среди других

Об особенностях взаимодействия с людьми:

Ответы на вопросы наших клиентов
Программы для детей и подростков
Советы психолога родителям в воспитании детей

или обрести необходимые навыки на личных встречах.

С уважением, Алексей Виштеюнас,
подростковый психолог, специалист Центра коучинга и психологии «SALVE»